Екатерина Крутий

"Школа Жизни" Шалвы Амонашвили как философия образования

С чего начинается педагогика? С узких улочек старой Варшавы, с приюта для еврейских детей-сирот, как у Януша Корчака. С напоенной полынным ароматом украинской степи, прохлады ставка, песни жаворонка в голубом небе. Со "Школы радости" для крестьянских детей, как у Василия Сухомлинского.

С залитого солнцем Тбилиси, рассказов мудрых стариков из родного села Бушети. С первых уроков добра отца Александра Дмитриевича, директора самой большой в Тбилиси типографии, отказавшегося от брони и погибшего в 1943 г.

С учительницы литературы Варо Вардиашвили, целый год, отбрасывавшей всякие программы, изучавшей "Витязя в тигровой шкуре" — Евангелия для грузина.

С первых педагогических опытов юного старшего пионервожатого, затем учителя труда, истории, педагога начальных классов, как у Шалвы Александровича Амонашвили.

Хорошо, что мы, пусть и поздно, научились понимать значение не только тех, кто создавал честь образованию в прошлом, но и тех, кто сегодня составляет его гордость.

Место, которое занимает Шалва Александрович Амонашвили, уникально — это великий педагог, самобытный духовный мыслитель, навсегда прописанный и укорененный в Мире Детства.

Сейчас невозможно представить, что Амонашвили мог посвятить себя другой профессии.

Однако в юности он писал незаурядные стихи (и даже имел среди сверстников почетное прозвище Поэт), мечтал стать журналистом. И его, окончившего школу с золотой медалью, должны были без экзаменов принять в Тбилисский университет. Но судьба перевела невидимые стрелки, и Шалва Александрович неожиданно становится востоковедом, изучает персидский (кстати, и сейчас наизусть в подлиннике читает Омара Хайяма).

И параллельно с учебой с 18 лет начинает работать в школе, приступает к главному делу своей жизни. Уже будучи студентом востоковедческого факультета, он понимает, что другой жизни, кроме педагогической, у него не будет.

После окончания аспирантуры при НИИ педагогики им. Якова Гогебашвили и защиты кандидатской диссертации Амонашвили начинает свой беспримерный эксперимент под девизом "Обучение без отметок" в начальной школе. А на самом деле до поры до времени подспудно развивает основы гуманистической педагогики.

В начале 60-х гг. группа научных сотрудников НИИ педагогики им. Якова Гогебашвили создала лабораторию экспериментальной дидактики для исследования проблем начального обучения. Это был коллектив единомышленников, который в течение длительного времени мужественно держался под натиском традиционных методических, административных и идеологических сил. Шалва Александрович всегда с глубокой признательностью вспоминает

Григория Георгиевича Полхиадзе, директора НИИ педагогики им. Якова Гогебашвили, дальновидного реформатора педагогических исследований;

Барнаба Иосифовича Хачапуридзе, тонкого психолога-экспериментатора, известного специалиста в области психологии дошкольного детства, создавшего еще в 30–40-е гг. новую теорию и дидактическую систему игр развития дошкольников, он был приглашен руководить лабораторией;

Тинатину Михайловну Гелашвили, в конце 50-х гг. увлекшуюся экспериментальными исследованиями проблем развития  мышления младших школьников, а потом создавшую удивительно добрую и увлекательную дидактическую систему, помогающую ребенку самому открывать закономерность и категории родной речи, она была честью и интеллектом лаборатории;

Шота Ражденовича Бакуадзе, высоко эрудированного математика, разработавшего программы и серию экспериментальных учебников по математике.

В начале 70-х гг. исследователи пришли к выводу, что теория общего развития требует обогащения концепцией мотивационной деятельности, и потому для них особое значение приобрела задача воспитания мотивов познавательной и других видов личностной и общественной деятельности.

В конце же 80-х гг. гуманистический подход к ребенку продвинулся еще дальше.

Стало ясно — чтобы охватить в педагогическом процессе целостную личность ребенка, а педагогический процесс был направлен на воспитание и развитие свободной личности ребенка, надо не готовить ребенка к жизни, а воспитывать в нем саму Жизнь. Вслед за научными продвижениями исследователи обновляли научные программы, создавали новые учебники, совершенствовали методические установки.

В 1970–1980-е гг. Амонашвили становится самым известным и уважаемым педагогом в стране. Он создает уникальное научно-производственное педагогическое объединение. В него, кроме экспериментальной школы N 1 имени К.Д. Ушинского, в которой лаборатория экспериментальной дидактики более двух десятков лет вела творческие поиски, и Института педагогических наук им. Якова Гогебашвили, возглавляемого Шалвой Александровичем, входили две сельские школы, детский сад, профессионально-техническое училище, школа искусств и спортивный комплекс.

Педагоги-подвижники под руководством Амонашвили разработали новую систему обучения в начальной школе, особенно изучения русского и родного языков.

А учителя страны взахлеб читали выходящие одна за другой мудрые книги Шалвы Александровича "Здравствуйте, дети!", "Как живете, дети?", "Единство цели"; перенимали приемы Учителя: ответ на ухо, "секретные письма" ученикам, преднамеренные ошибки — особый методический прием, развивающий критичность ума, мышление, внимательность, веру в свои силы.

Однако все это давалось Амонашвили и его коллективу единомышленников-энтузиастов нелегко. Было крайне тяжело пронести свои идеи гуманно-личностного подхода к ребенку, очеловечивания, гуманизации педагогического процесса сквозь толщу не только традиционных авторитарных педагогических стен, но, что еще важнее, и сквозь уклады государственно-общественной жизни, основанные тоже на принципах авторитаризма, единоначалия, диктатуры.

Можно представить, как чувствовали себя и что переживали педагоги-гуманисты, когда то и дело читали в газетах, слышали в грозных разносах на коллегии Министерства просвещения, что они, оказывается, развивают буржуазные концепции "свободного воспитания", отошли от цели коммунистического воспитания, идут против постановлений ЦК 30-х гг. о школе, опровергают классиков педагогики, не признают достижений советской педагогической науки и даже борются против известного грузинского педагога Гогебашвили, в институте имени которого они работали.

Более 20 лет Амонашвили приходилось жить под постоянным идеологическим силовым давлением и, тем не менее, оставаться оптимистом, верным идее возможности и необходимости гуманизации педагогического процесса, необходимости ставить во главу угла личность ребенка. Да еще организовать при этом массовый педагогический эксперимент.

Лабораторию экспериментальной дидактики то закрывали, то открывали, сотрудников то увольняли, то оставляли — условно. Выстоять помогала твердость педагогических убеждений, энтузиазм учителей-экспериментаторов.

Ситуация вокруг Ш. Амонашвили и его деятельности стала благоприятной только в конце 80-х гг. Массовыми тиражами начинают выходить его труды. Амонашвили становится признанным и харизматичным лидером Творческого союза учителей.

Однако распад СССР, приход в Грузии к власти Гамсахурдиа ставит крест на деле жизни Амонашвили. Его обвиняют в русификаторстве и лишают всего — института, лаборатории, школы. Он вынужден покинуть Грузию. Это был тяжелейший удар, но не сломивший Шалву Александровича — человека, наделенного редким сочетанием качеств: ярким талантом, жизненной наивностью ("большой ребенок") и несгибаемым упорством в достижении выстраданных целей.

Он продолжает свою педагогическую деятельность сначала в Екатеринбурге, а затем в Москве.

Во второй половине 90-х гг. Ш.А. Амонашвили вместе с Д.Д. Зуевым издает уникальную "Антологию гуманной педагогики", публикует фундаментальные "Беседы о гуманной педагогике".

Гуманная педагогика, по убеждению Ш.А. Амонашвили, может и должна обходиться без принуждения, так как восприимчивость и способность к учению заложена в самой природе человека. Их следует улавливать и поддерживать, на них надо опираться, а не стремиться их подавить, пытаясь жестко регламентировать естественную активность детей, и направить ее в русло, определяемое учителем. Реализовать гуманную педагогику в практике образования можно лишь в том случае, утверждает Ш.А. Амонашвили, если все компоненты учебно-воспитательного процесса будут переосмыслены сквозь призму присущих ей принципов.

Эти принципы требуют устроить окружающий мир и педагогический процесс таким образом, чтобы в них:

• ребенок познавал и усваивал истинно человеческое;
• познавал себя как человека;
• проявлял свою истинную индивидуальность;
• находил общественный простор для развития своей истинной природы;
• его интересы совпадали с общечеловеческими интересами;
• были нейтрализованы источники, способные провоцировать ребенка на асоциальные действия и поступки.

Следует подчеркнуть, что его концепция, обоснованная философски и психологически, утверждает новый тип светского образования и семейного воспитания с элементами религиозной культуры (не сотвори себе кумира!).

У Н.К. Рериха есть прекрасная философская картина "Дела человеческие" (1914). На ней изображены люди, стоящие у края пропасти. Так и мы сейчас очень близки к пропасти, и кто спасет нас?

Спасти нас могут только дети, только наша забота о них, об их воспитании. Сказано: "…надо обратиться лишь к детям. Лишь в них законное начало дела".

По сущности своей концепция Амонашвили — гуманно-личностная. Она включает в себя основы гуманистического семейного воспитания. Свою концепцию Шалва Александрович назвал ступенькой гуманной педагогики, ведущей учителя вверх.

Можно с полным основанием утверждать, что идеи ученого о воспитании вбирают в себя научные и духовные знания, передовой опыт семьи и школы, личный обобщенный и систематизированный педагогический опыт Ш.А. Амонашвили, результаты его 40-летнего научного поиска.

Ведущей идеей педагогической концепции ученого является глубокая вера в возможности ребенка, его творческие силы, раскрытие самобытной природы воспитанника. Способствовать становлению и развитию в ребенке Благородного Человека путем раскрытия личностных качеств, направлять его на путь служения Истине, Добру, Красоте, Справедливости, облагораживать душу и сердце растущего человека — такова целевая ориентация формирования личности в концепции Ш.А. Амонашвили. В ней рассматриваются в единстве материальное и духовное, научное и религиозное, рациональное и иррациональное, земное и космическое, стремление к земной жизни и вечности духа. При этом знания выступают необходимым условием созидательной деятельности, творчества и облагораживания человека. Новым в гуманно-личностной педагогике Шалвы Александровича является также и то, что она содержит установку на воспитание детей самой жизнью.

Ребенок как явление несет в себе жизненную миссию, которой он должен служить. В то же время ребенок — высшее творение природы и космоса, он заключает в себе их черты, могущество и безграничность.

К ведущим целевым ориентирам концепции Ш.А. Амонашвили относится положение о том, что школа — не средство подготовки детей к жизни, а сама жизнь. Успех учебного учреждения во многом определяется тем, как педагоги обеспечивают своим питомцам полноту жизни соответственно их возрасту, как осуществляют развитие и воспитание их с помощью самой жизни.

Новым в его концепции является провозглашение идеи о том, что ребенок есть не случайность в реальном мире, а закономерное явление природы, космоса. Каждый родившийся ребенок стремится к познанию себя, окружающей действительности. Каждый ребенок, утверждает педагог, должен входить во взрослую жизнь через свою личную жизнь, причем входить в нее как свободная личность, как равноправный член общества.

Ш.А. Амонашвили утверждает, что ребенок от рождения несет в себе источник духовной жизни как главное качество духа. Однако это качество может быть недостаточно развито. Отсюда вытекает необходимость развивать, образовывать духовную жизнь ребенка, поскольку от содержания и направленности этой жизни зависит успех формирования личности.

Качественно новым этапом в творчестве Шалвы Александровича стало создание им новой философии образования, которую он называет "Школой Жизни". Вот как он рассказывает об атмосфере, в которой создавалось это учение: "Писал я Трактат в моем селе Бушети, что недалеко от известного Цинандали (Телавский район, Грузия). Стояла жара в деревне, но величие Кавказских снежных гор и облаков над ними, в которые я вглядывался каждый раз, как только поднимал голову, чтобы "ловить" мысли, вливало в меня терпение небес и устремленность горных водопадов. В те жаркие дни творческого вдохновения была рядом женщина, которая, как всегда, охраняла мой душевный покой и поощряла душевный порыв, читала книги и подавала мысли, просматривала рукописи и давала советы. Ей, моей жене, Валерии Гивиевне Ниорадзе, я еще раз, теперь уже во всеуслышание, объясняюсь в любви".

Ведущим принципом "Школы Жизни" Амонашвили провозглашает развитие и воспитание в ребенке жизни с помощью самой жизни. И хотя в своем трактате "Школа Жизни" он раскрывает основные положения гуманно-личностной педагогики начальной ступени образования, его положения сохраняют свое значение для последующих ступеней школьного образования.

"Школу Жизни" Ш.А. Амонашвили определяет как пространство, насыщенное процессом образования. Понятие "образовательный процесс" он отождествляет с понятием "педагогический процесс" и подчеркивает, что этот процесс "прозрачен, как воздух, но так же необходим для жильцов "Школы Жизни", устремленных к развитию, взрослению и свободе, как воздух".

Гуманно-личностная педагогика Ш.А. Амонашвили зиждется на следующих трех постулатах.

Первый постулат: ребенок есть явление в земной жизни, а не случайность. Он рождается на зов людей, как друг, он необходим другим людям.

Второй постулат: ребенок как явление несет в себе свою жизненную задачу, жизненную миссию, которой должен служить. Его служение должно быть обращено на благо людей.

Третий постулат: ребенок — высшее творение природы и космоса. Он несет в себе такие их черты, как могущество и безграничность, стремится к одухотворению своей природы, к познанию.

Вера в ребенка, согласно этим постулатам, есть оправдание педагогической деятельности, а деятельность — углубление веры. Вера в ребенка позволяет строить оптимистический, гуманный педагогический процесс.

Центральным концептуальным положением гуманно-личностной педагогики Ш.А. Амонашвили является идея целостной природы ребенка: необходимо не учитывать особенности воспитанника, а основываться на движении его целостной природы. Целостная психика ребенка включает три страсти: страсть к развитию, страсть к взрослению и страсть к свободе.

Программа обучения в "Школе Жизни" включает такие необычные дисциплины:

• математическое воображение и допущение, осмысление таких реалий, как Вечность, Космос, Гармония и Беспредельность;
• постижение прекрасного, развитие у детей глобальной способности видеть и чувствовать красоту природы, космоса, гармонии, жизни людей, красоту духовной жизни, выработка стремления к утверждению прекрасного во всех сферах жизни;
• планирование деятельности как глобальной способности к любому виду деятельности;
• уроки смелости и выносливости, преодоления страха, уроки о природе, постижение ее нескончаемых таинств с целью обогащения и совершенствования духовной, нравственной и социальной жизни, воспитания ответственности и заботы о природе, умения вести с ней диалог;
• уроки о мире наук (истории величайших научных открытий, жизнь гениев человечества), наука и нравственность;
• уроки общения с целью научить детей жить среди людей с пользой для себя и других (усвоение основных законов нравственности и выработка умений и навыков общения в разных общественных условиях и ситуациях);
• осмысление высоких духовных материй и ценностей (Дух, Душа, Сердце, Благо, Любовь, Жизнь) в целях облагораживания души и сердца, обогащения духовного мира и мотивационного обеспечения жизни в нем.

Понятно, что детям необходим педагог, обладающий особыми духовно-нравственными качествами.

Ш.А. Амонашвили приводит их в "Своде рекомендаций для деятельности учителя Школы Жизни". Вот отдельные из них:

• когда видите приходящих детей, скажите: "Мы ждем вас!";
• проявляйте живой интерес к жизни ребенка, к его радостям, огорчениям, стремлениям, успехам, неудачам, к его личностным переживаниям;
• любите смеяться с детьми, веселитесь, играйте, шалите вместе с ними;
• удивляйтесь, восхищайтесь, радуйтесь, когда тот или иной ребенок совершает достойный поступок, проявляет смекалку и сообразительность, мыслит сосредоточенно;
• учите детей строить свои города, летать высоко;
• провоцируйте дискуссии детей с вами, давайте им возможность доказывать вам, объяснять ошибку, опровергать ваше утверждение, и тогда, признав их правоту, выражайте им благодарность за то, что не позволили вам углубиться в своем заблуждении.

Все это обусловлено тем, что понятие "учитель" в педагогике Ш.А. Амонашвили наполнено новым содержанием — высоким духовным смыслом. Оно раскрывается с помощью таких базисных характеристик, как "Дух, творящий, излучающий, дарящий Свет", "смысл Жизни", "Любовь", "Знания", "Мудрость". Понятие "учитель" педагог органически связывает с понятием "ученик" и раскрывает последнее с помощью базисных характеристик: "Дух, ищущий, принимающий Свет", "Жизнь", "Любовь", "Знания", "Мудрость".

Взаимосвязь и взаимообусловленность понятий "учитель" и "ученик" Ш.А. Амонашвили объясняет Вселенским единством, целостностью сути этих обобщающих понятий. Поясняя сказанное, он пишет: "Учитель есть соработник у Бога, его помощник в творении Человека. Если он не будет сажать и поливать с чувством и пониманием глубокой ответственности и с такими же глубокими знаниями и творчеством — как и в какую почву сажать, как поливать и лелеять, — то зерно духа не получит нужного развития, жизнь и судьба Ребенка будут искажены, миссия его будет погублена".

Все эти положения целиком относятся к самой личности Шалвы Александровича. Амонашвили — удивительно гармоничный человек, излучающий добро и свет. Блоковские строки "он весь дитя добра и света" очень хорошо выражают суть лучезарной личности этого прекрасного педагога, от которого никто, кстати, ни разу не слышал, чтобы он о ком-то говорил плохо.

И не случайно, что фамилия Амонашвили переводится как "солнечный человек". Несомненно, личность Мастера — это один из основных элементов его системы. Кажется, убери это солнечное излучение души, это удивительно пропорциональное сочетание игры и труда, спонтанности и продуманности каждого шага на уроке и в жизни — и эффект замечательной системы померкнет, а она сама превратится в набор дидактических методов и предписаний.

К счастью, этого не происходит, поскольку гуманная педагогика Амонашвили — это не просто метод, рожденный гением, а объективно существующая духовная реальность, которую постепенно педагог вначале открывает в своем сердце и сознании, а затем помогает открыть детям.

Сделать это не так просто, каждый шаг к цели представляет собой нелегкий труд, требующий терпения, изобретательности и великой любви к своему делу. Но как же может быть иначе, если гуманная педагогика — это непрерывное восхождение к совершенству?

Литература

1. Амонашвили Ш.А. Воспитательная и образовательная функция оценки учения школьников. — М.: Педагогика, 1984.
2. Амонашвили Ш.А. В школу — с шести лет. — М.: Педагогика, 1986.
3. Амонашвили Ш.А. Единство цели. — М.: Просвещение, 1987.
4. Амонашвили Ш.А. Здравствуйте, дети! — М.: Просвещение, 1983.
5. Амонашвили Ш.А. Как живете, дети?: Пособие для учителя. — М.: Просвещение, 1986.
6. Амонашвили Ш.А. Личностно-гуманная основа педагогического процесса. — Минск: Изд-во Университетское, 1990.
7. Амонашвили Ш.А. Обучение. Оценка. Отметка. — М., 1980.
8. Богуславский М.В. Подвижники и реформаторы российского образования: Историко-биографические очерки. — М.: Просвещение, 2005. — 191 с.